Племенной контур

Племенная группа — самая маленькая из трёх: семь каналов, пять в подконтуре Эго и два в подконтуре Защиты. Её ключевое слово — поддержка, и понимается оно буквально: крыша над головой, еда, работа, заработок, рождение и выхаживание детей. Эго ведает ресурсом, сделкой, трудом и его оплатой. Защита — за продолжение рода и за тех, кто сам о себе позаботиться не может.

Устроена группа необычно: каждый её канал опирается хотя бы на один мотор — Корень, Солнечное сплетение, Эго или Сакрал. Среди племенных каналов нет ни одного, который бы только думал, только говорил или только чувствовал, а в двух других группах такие есть. Поэтому забота здесь меряется не словами и не идеями, а тем, что можно потратить: силами, временем, деньгами, собственной выносливостью. Сказать «я с тобой» для племенного канала почти ничего не значит, пока за словами не последовали руки.

Если сравнить три группы с тремя местами в доме, Коллективная похожа на общественную библиотеку, где книги берут и возвращают незнакомые люди, Индивидуальная — на мастерскую одиночки, куда заходят посмотреть, как он работает, а Племенная — на семейный стол. За ним сидят свои, у каждого привычное место, и то, что на столе, появилось благодаря общей работе.

Каналы контура

Подконтур Эго:

• 19-49 — Синтеза — решает вопросы близости внутри круга: кого и насколько подпустить.
• 21-45 — Денег — распоряжается общим ресурсом вслух.
• 26-44 — Передачи — ищет, что предложить своим, и умеет это продать.
• 32-54 — Трансформации — поднимает свой круг выше через работу и честолюбие.
• 37-40 — Общины — держит общинный уговор о труде и заботе.

Подконтур Защиты:

• 6-59 — Близости — сближает двоих так, что появляются пары и дети.
• 27-50 — Сохранения — выхаживает слабых и следит, чтобы в роду не нарушали заведённого.

Как узнать в себе

Память у тебя устроена по-племенному: ты помнишь, кто помог с переездом, кто пришёл на юбилей, у кого можно занять до зарплаты, — и твоё имя тоже есть в таких же списках у других. Щедрость у тебя адресная: своим отдаёшь больше, чем принято, а сбор «для всех вообще» трогает меньше, чем просьба соседа. О деньгах с близкими тебе говорить проще, чем с посторонними: это разговор об общем хозяйстве, а не о чужом кошельке. И вещи с историей для тебя дороже новых — табуретка, которую сделал дед, сервиз, переживший три переезда, бабушкина швейная машинка, до сих пор рабочая. А просьба о помощи от своих обузой почти не ощущается.